Глава 6.
ДЖЕННИ РАССКАЗЫВАЕТ О СЕБЕ


Как я уже говорила, - сказала она, проснувшись, - зовут меня Дженни и
во мне, прибавлю, есть шотландская кровь. И моя мать, и я сама родом из
Глазго. Собственно, род наш восходит к Африке. Предки мои попали в Испанию и
служили на кораблях Великой Армады. Одна из них приплыл на доске к
шотландскому берегу. Фамилия наша - Макмурр.
- Я читал, как адмирал Дрейк победил Армаду, - вставил Питер, - и буря
разбросала галеоны, но про кошек там не было...
- Однако служили и кошки на этих галеонах, - сказала Дженни. - Строго
говоря, что нам Испания! Мы жили задолго до того в Египте. Ты заметил, какая
у меня маленькая голова? Египетская порода. Конечно, и лапки...
Дженни легла на бок и протянула Питеру все четыре лапы.
И подушечки и вся внутренняя сторона оказались черными. У Питера они
были розовые.
- Когда знаешь, кто твои предки, - продолжала Дженни, - все же как-то
легче. Из Глазго в Лондон нас привезли в корзине, и маму, и сестер, и меня.
Мама очень хорошо учила нас, воспитывала, и меня забрали в одну семью к
одной девочке. Три года я не знала горя.
- Девочка была хорошая? - спросил Питер.
Дженни ответила не сразу и, уже не стесняясь, смахнула лапкой слезу.
- Лучше некуда, - отвечала она. - Звали ее Элизабет, Бетси. Когда она
возвращалась из школы, я прыгала к ней на руки, она меня обнимала, а я
терлась о ее щеку, и мы долго ходили вместе, словно у нее на шее - меховое
боа.
Именно об этом мечтал Питер и вздохнул. Вздохнула и Дженни.
- На рождество и на Новый год, - продолжала она, - мне разрешали
залезать в коробки. На мой день рождения Бетси звала гостей, и мне дарили
подарки. Все меня любили, и я их любила, я даже понимала кое-что
по-человечьи, хотя язык этот и труден и неблагозвучен. И вот однажды, два
года тому назад, я заметила, что все чем-то заняты. Вскоре я поняла, что мы
переезжаем. Только не знала, в другой дом или за город, на дачу.
Дженни прикрыла глаза на минутку, словно хотела получше вспомнить свою
беду. Потом открыла их, вздохнула и продолжала рассказ:
- Дом у нас был большой, паковали все очень долго, а я ходила, нюхала,
терлась об вещи, чтобы получше понять, что к чему. Сам знаешь, как много вам
скажут усики (Питер этого не знал, но не возразил ей). Но я ничего не
поняла, и особенно меня сбило с толку то, что хозяйка моя уходила с Бетси на
ночь. Каждый вечер мою корзину переносили наверх, в мансарду, и ставили мне
блюдечко молока. А однажды утром никто не пришел. И вообще никто больше не
пришел, ни хозяйка, ни Бетси!.. Они меня бросили.
- Бедная ты, бедная! - воскликнул Питер и тут же прибавил: - Нет, не
может быть. С ними что-нибудь случилось.
- Побудешь кошкой с мое, - сказала Дженни, - поймешь, что такое люди.
Они нас держат, пока им удобно, а когда мы без всякой вины помешаем им,
бросают, и живи, как хочешь, то есть помирай...
- Дженни! - снова закричал Питер. - Я никогда тебя не брошу...
- Может, ты и не бросишь, - сказала Дженни, - а вот люди бросили. Я
тоже сперва не верила, слушала, смотрела в окно. Потом стада мяукать все
громче и громче, но никто меня не услышал и никто не пришел.
- Ты, наверное, страшно хотела есть? - спросил Питер.
- Не в том дело, - ответила Дженни, - с душой у меня стало худо.
Сперва я тосковала по Бетси, потом почувствовала, что я ее ненавижу. Да,
Питер, я научилась ненависти, а это хуже и голода и боли. С тех пор я не
верю ни единому человеку.
Потом пришли какие-то женщины, наверное, новые хозяйки. Одна из них
хотела меня погладить, но я так озверела, что укусила ее. Она меня
выпустила, и я юркнула в незапертую дверь. Так все и началось...
- Что именно? - не понял Питер.
- Независимость от людей, - пояснила Дженни. - Мне ничего от них не
надо, я ни о чем их не прошу и никогда не пойду к ним.
Не зная, чем ее утешить, Питер подошел к ней и лизнул ее в щеку. Она
улыбнулась ему и замурлыкала. И тут раздались шаги.
- Мебель перевозят! - сразу догадалась Дженни. - Ах ты, жаль! Какой
хороший был дом... Бежим, а то сейчас начнут орать.
Питер послушно побежал за ней, и вдруг ему немыслимо захотелось пить -
все же котом он еще не пил ничего, хотя столько бегал, говорил и дышал
пылью.


Russian Cats Portal 2008 © 2018